Уход за немощными стариками — это было последнее, чем Маргарита хотела бы заниматься в жизни. Ей всегда казалось, что последнее для нее лично занятие — это сельскохозяйственные работы и чистка конюшен и прочих помещений для скота. Но теперь даже чистка конюшен казалась ей более привлекательным делом. Не о том речь, что она считала это недостойными занятиями, грязной работой, нет — но для себя лично она не хотела этого. Она занималась офисной, бумажной работой и любила эту работу. Она любила книги. Пыталась даже сама писать кое-что, так, пустячки, волшебные сказки — наверное, все филологи грешат бумагомарательством — но все оставалось незаконченным, все руки не доходили отредактировать, откорректировать, отполировать эффектный финал и заточить его, как лезвие клинка…

Вечером, когда старушку уложили в постель, Маргарита тщательно вымыла руки — ей хотелось принять душ с большим количеством мыла — и вышла во двор курить. А.М. вышел следом:

— Тебе не следует курить при моей маме.

— Я разве курю при ней?

— Это на будущее.

"На будущее?! Ах ты…" — внутри у нее все клокотало и холодело и становилось страшно: полупустая далекая деревня, ночь… "Только бы вернуться в город!.."

— Останемся ночевать здесь или вернемся?

"Б…! Еще чего не хватало!!"

— Я ничего не взяла из вещей, — залепетала Маргарита. — Даже зубной щетки, ничего… Я хотела бы вернуться."

— Хорошо. — А.М. выглядел невозмутимым, как всегда. — Вернемся.

Обратная дорога показалась ей бесконечной. Было страшно. Ни о чем другом она не думала — только бы вернуться, а потом уже будем плакать и в очередной раз проклинать судьбу. А.М. молчал, за всю дорогу — ни слова. Маргарита тоже молчала. Она не только говорить — думать не могла ни о чем другом, как о том, чтобы схватить сумку с вещами и — на вокзал… В принципе, можно было бы бежать, даже бросив к черту вещи — паспорт и деньги при ней, а жизнь дороже барахла. "Иначе он похоронит меня в этой дыре…"